gaertis | (no subject)

Правила жизни в Томске.

Около полутора веков назад очень любознательные существа с экспериментаторской жилкой посадили университетскую грибницу. Изначально предполагалось, что Университет вырастет всего один, но почва оказалась питательной, и Университеты полезли из земли один за другим. Теперь они контролируют всё, что происходит в городе.

Если зайдёшь после заката в Университетскую рощу, можешь увидеть светящееся в темноте цокольное окно. Это Университету не спится. Не надо ему мешать, просто пройди мимо.

После сессии в Политехе памятнику Кирова выкрасили сапоги в золотой цвет. Вся эта группа закончила с красными дипломами. Это не совпадение.
- Всего один раз студенты попробовали покрасить сапоги в красный, но закончилось очень плохо. С тех пор никто не осмеливается повторить попытку. Рассказывать об этом подробно нельзя!

Когда идёшь ночью по Каштаку, не удивляйся низкому гулу. Это кости под землёй. Ну гремят и гремят, мешают они, что ли?

Если гуляешь после захода солнца по Черемошникам, можешь почувствовать на себе очень пристальный взгляд. Постарайся не всматриваться! Оно попросит рубль. Дай пять. Оно удивится и поблагодарит. Остаток ночи будет для тебя безопасным.

Проходя мимо деревянного домика, обязательно постарайся поймать взгляд кота на окошке. Потом поймёшь, почему стоило поступить именно так.

Дома в Татарской слободе украшены только растительными узорами. Тем не менее, у них есть глаза, и они глядят ими на прохожих.

Иногда летом у озера или у реки можно заметить табличку "Переход по льду запрещён!". Последуй запрету и не переходи водоём.

Таблички "Возможен сход снега" не снимают со зданий в тёплое время года. Это не случайность.

Ходят слухи, что улица Энтузиастов начинается с кладбища. Непонятно, кто распространяет эти слухи и с какой целью.

В "Сибирских блинах" в заказы добавляют то, чего нет (и не может быть) в меню.

Памятнику Чехова трут нос, и его это не на шутку раздражает. К особо надоедливым людям он является по ночам в белом саване и грозит пальцем.

Памятник Ленину не случайно стоит между православным храмом и католическим костёлом: они его нейтрализуют. Если хоть одна из церквей отвлечётся, Ленин сможет сделать то, чего он хочет.